Дутченко и Монаковы: истории о том, как рождаются лебединские династии

22 ноября — День сыновей

Семейный кодекс чести

Николай Дутченко устроился на Лебединский ГОК водителем НефАЗа в 1980 году. Надёжное предприятие, достойная зарплата и дружный коллектив — вот формула доверия к комбинату. Отец часто рассказывал о своей работе первенцу Андрею.

Я тоже решил стать частью команды, особенно когда впервые увидел масштабы производства, — вспоминает Андрей Дутченко, ныне мастер по ремонту оборудования ремонтно-механического управления. — Уже почти 20 лет работаю на комбинате. В последние годы ремонтирую конвейеры и дробилки.

12 лет назад тоже стал лебединцем второй сын Николая Дутченко — Алексей. Младшего Дутченко привлекали механизмы, оборудование и постоянное движение. На комбинате нашлась работа по интересам, а родные люди на первых порах помогли грамотными советами. Отец знал горячий характер сына. И потому наказывал сначала думать, а потом приступать к делу.

Раньше отец и брат рассказывали о новых строительных площадках, участках, технологиях, новаторских решениях. Теперь и я на равных поддерживаю семейный разговор о комбинате, — говорит мастер участка по производству сушёного концентрата обогатительной фабрики Алексей Дутченко.

Братья нередко встречаются на производственных площадках: ремонтник и обогатитель умеют наладить процесс с наибольшей пользой для предприятия. Глава семьи тоже периодически «пересекается» с преемниками.

Приятно, что сыновья показали себя достойными сотрудниками, — не скрывает гордости отец. — Но я и не волновался: с малых лет учил простым человеческим ценностям — уважать старших и помогать слабым, быть справедливыми по отношению к окружающим, работать на совесть и доводить каждое дело до конца. Такой семейный кодекс чести.

Отец плохого не посоветует

Андрей Монаков в дренажную шахту перешёл 15 лет назад из другого подразделения. Стимулом к такому решению послужил… коллектив. Недаром ведь говорят: чем тяжелее труд, тем надёжней команда.

Люди замечательные: на спуске доброе слово скажут, пожелают успехов, на выходе встретят с улыбкой, — рассказывает крепильщик. — В нашей команде особый микроклимат. Мы и на работе — как один кулак, и в выходные вместе в футбол играем.

Теперь в числе коллег Андрея и его сын. Пару лет назад в подразделении освободилась вакансия, и Монаков-старший посоветовал Никите попробовать себя в качестве крепильщика. Тот прислушался.

Сначала не понимал, каково работать под землёй. Но от рассказов отца о шахте дух захватывало, — вспоминает младший.

Первое, на что Андрей обратил внимание сына, — не отставать от коллектива и помогать друг другу. Второе — быть внимательным, всё время следить за безопасностью: под землёй иначе нельзя.

Ребята приняли сразу: помог отцовский авторитет. Но и я не расслаблялся, чтоб не подвести коллег и, конечно, отца, — признаётся Никита.

Две недели в месяц их смены совпадают, и тогда на шахту Монаковы едут вместе. Частенько пересекаются в подземных лабиринтах: подбадривают друг друга улыбкой и дружеским рукопожатием, делятся обедом.

Никита быстро «влился», уже делает успехи, — говорит Монаков-старший. — По дороге на комбинат и обратно, ещё и дома много разговариваем о работе: подсказываю, объясняю, советую — не без этого...

У них есть своя, шахтёрская, семейная традиция. Когда Андрей Монаков начал спускаться на две сотни метров под землю, то после каждого «выхода» стал звонить супруге Татьяне и сообщать, что всё в порядке. Теперь такими же звонками маму успокаивает и сын Никита.